ТАНГО И СТРАСТЬ
Никакое время не в состоянии остудить разгоряченную кровь, что кипит в жилах этого танца. Танго - это не танец, а пожар! Он и сегодня так же смертельно обжигает, как и в пору своего рождения на заре двадцатого века. Это танец одиночества и любви, в нем горькая сладость надежд и сладкая горечь разочарований. Здесь впервые мужчина и женщина слились в таких страстных объятиях, что мир задохнулся от ужаса и восторга. А еще от той горечи, что смертельным покрывалом укутывает танго.Место рождения - бордель. Точной даты появления на свет этого латиноамериканского безумца нет. Но зато известно место рождения - портовые кабаки и бордели Буэнос-Айреса. Здесь, где сексуальные проблемы решаются с трагической беспроблемностью, а тоска по любви отдается танцу, и появляется на свет горячее дитя. Его родители - те мерзавцы, обездоленные, сумасшедшие, что в поисках счастья и легкой жизни съезжаются в Аргентину со всего мира. Счастья, как всегда, на всех не хватило, и его заменил танец, доступный всем. Сначала танго танцевали в одиночку, поражая друг друга закрученными танцевальными па и страстностью исполнения. Лишь к началу ХХ века танго оформилось в тот парный танец, который сегодня знает каждый. В основе танго - милонга (аргентинская народная песня и танец), потом к ней присоединились немецкий вальс, польская мазурка, испанская хабанера, ритуальные танцы индейцев. Таким же интернациональным стало и музыкальное сопровождение. Первоначально танго исполнял небольшой ансамбль: скрипка, флейта, арфа. Затем арфу заменила гитара. А вскоре к этим инструментам прибавился еще один - бандонеон, изобретенный немецким музыкантом Генрихом Бандом. В Буэнос-Айрес его завезли немецкие моряки. Бандонеон настолько соответствовал духу танго, а его надтреснутый "голос" так ярко выражал сущность танца, что вскоре бандонеон стал главным инструментом в танго, его "разбитым" сердцем. «Дым танго... Прижимаюсь к фонарю, стою, твоим дыханьем обогретый, и жадными затяжками курю твою отравленную сигарету» - писал аргентинский поэт Рауль Гонсалес Туньон. Ведь танго это не только песня и танец, но еще и поэзия. Свои поэтические объяснения в любви танго оставили Альфонсина Сторни, Туньон, Хорхе Луис Борхес. А еще танго - своеобразный стиль жизни. Надломленный, одинокий, с хрипотцой.
Довольно быстро вирус танго распространился за пределы Аргентины. Европа, словно безумием, охвачена тангоманией. В моде не только танец, но все, что с ним связано. Прически в испанском стиле, многочисленные оборки на платьях, появился даже модный цвет "танго" - оранжевый, со знойным оттенком. Один из поклонников танго писал в начале века: "Танго требует безукоризненного фрака и стильного обтянутого платья современной змеевидной женщины. Танго очень строго, и всякая фривольность в костюме, всякое уклонение в ненужную мишуру пышных платьев или эксцентрических причесок так не вяжется со всем содержанием танца. Танго есть литургия ритмического движения... Танго есть новый хоровод ХХ века... Недалеко то время, когда мы все поймем и оценим всю силу и всю красоту этого танца, первого танца века электричества и аэропланов".
Время это пришло, но в пору своих первых международных успехов жизнь танго не была простой. Его не пускали в великосветские салоны, называя танцем подонков и продажных девок. А епископы с амвона предостерегали от дьявольского обольщения танца, запрещая истинным прихожанам его танцевать. Но запреты лишь подливали масла в огонь, они придавали еще большую пикантность новинке, вовлекая в вихрь танго все новых и новых поклонников.
В 1916 году в Буэнос-Айресе побывала великая босоножка Айседора Дункан. "Через несколько дней после нашего приезда в Буэнос-Айрес, - вспоминала она впоследствии, - мы отправились вечером в студенческое кабаре. Я никогда еще не танцевала танго, но молодой аргентинец, служивший нам проводником, уговорил меня попробовать. С первого робкого шага я почувствовала, как все мое существо откликнулось на томный, привораживающий ритм этого сладострастного танца, нежного, как длительная ласка, опьяняющего, как любовь под небом юга, опасного и жестокого, как манящий тропический лес. Таковы были мои ощущения, пока рука черноокого юноши двусмысленно руководила мною, а взгляд его смелых глаз утопал в моем". Любил танцевать танго и легендарный Вацлав Нижинский. А научил его танцу один молодой человек. Когда Нижинский с женой Ромолой направлялись на пароходе из Кадиса в Рио-де-Жанейро, то среди пассажиров оказался авантюрного типа молодой чилиец. Чилиец, кажется, воспылал к супругам жаркими чувствами. Чтобы сойтись с ними поближе, он предложил Нижинскому обучить его танго, которое сам исполнял великолепно. Нижинский согласился, уроки проходили на глазах у жены, которая приходила в восторг от того, с какой элегантностью и темпераментом Вацлав танцует танго. Много позже этот эпизод весьма вольно интерпретирует кинорежиссер Кен Рассел в своем фильме "Валентино", рассказывающем о звезде немого кино Рудольфе Валентино. В картине, где в роли Валентино снялся Рудольф Нуреев, Нижинского страстному аргентинскому танго будет обучать не случайный чилиец, а горячий исполнитель танго Валентино. Валентино начинал как жиголо в дешевых танцзалах, но вскоре добился таких успехов, что ему стали приплачивать за демонстрацию танго с профессиональными танцовщицами. Рудольф часами совершенствовался в танце, тщательно репетировал перед зеркалом свой коронный взгляд, когда глаза казались тлеющими углями, носил облегающие брюки, затягивал талию корсетом, гладко зачесывал волосы с бриллиантином. Его выступления вызывают восторженные аплодисменты, а от поклонниц-женщин не было отбоя, как и от мужчин тоже. Роскошное тело Валентино сводило с ума, а чувственный танец добавлял молодому красавцу особую притягательность. С появлением Валентино на киноэкране начинается его слава великого кино-любовника. А его танго, которое он исполнял в фильмах "Четыре всадника Апокалипсиса" и "Кровь и песок", разбило тысячи женских сердец. Женщины присылают Валентино фотографии, на которых они позируют обнаженными, умоляя Рудольфа поцеловать все это и вернуть им обратно. Смерть Валентино, а он скончался в 1926 году, сразила всех женщин мира.
Другой танго- и кино-легендой стал Карлос Гардель. Многие аргентинцы считают, что их страна известна всему миру благодаря трем ее гражданам - президенту Хуану Доминго Перону, футбольной звезде Диего Марадоне и королю танго - Гарделю. Многие города Аргентины оспаривали право называться его родиной. Но родился он не в Аргентине, а во Франции, в Тулузе, и в возрасте двух лет вместе с матерью приехал в Буэнос-Айрес. Впервые он снялся в кино в 1916 году и быстро добился успеха к тому времени уже в звуковом кинематографе, где неподражаемо исполнял популярные танго. Трагическая гибель артиста в авиакатастрофе в 1935 году добавила к его славе изрядную долю печали, без которой немыслимо настоящее танго. В мире существует более 60 памятников, воздвигнутых в память о Карлосе Гарделе, в Буэнос-Айресе после его смерти открылся единственный в мире музей танго, 11 декабря (день рождения Карлоса Гарделя) объявляется национальным днем танго. А недавно сенат Национального конгресса Аргентины принял закон, в котором танго объявлено национальным достоянием республики.
Русская "Кумпарсита".
Аргентина Аргентиной, но у советских собственная гордость. Начиная с двадцатых годов танго, как мелкобуржуазный танец, был под запретом. Это не значит, что его искоренили как класс, но отношение к нему было как к чему-то ущербному. Танго исполнялось на эстраде в шаржированном виде. Ни о какой страсти не могло быть и речи. Нужно было показать мерзость загнивающего Запада, и советское танго с этой задачей успешно справлялось. Но поскольку Россия страна вечной мерзлоты и всегдашних контрастов, то и с танго случилась своя особая драматургия. Запрещать запрещали, но, несмотря ни на что, танго цвело пышном цветом. Были сладкие мелодии Оскара Строка, задушевное танго-песня в трогательном исполнении звезд эстрады. Это было родное, русское танго. Песни звучали грустно, и под них так хорошо было танцевать на танцплощадках или в тесной комнатушке огромной коммуналки, с милым другом или подругой, а то и шерочка с машерочкой. Когда за окном зима, а впереди ничего, кроме родного завода и очередной пятилетки, каким сладким наркотиком становилось не только танго, а даже его названия. Сколько в них было чужой, но такой красивой жизни. А вот страстность русских в танго неожиданно вспыхнула не на сцене, а на льду. Это случилось в 1966 году, когда фигуристы Людмила Пахомова и Александр Горшков создали вместе со своим тренером Еленой Чайковской свою "Кумпарситу". (Кстати, родина этого наипопулярнейшего танго не Аргентина, а Уругвай.) Не проходило ни одного выступления танцоров, чтобы они под рев стадиона не бисировали свой танец. Их танго было одновременно элегантным и страстным. Они танцевали так горячо, что лед под их коньками плавился от жары. И вновь лихорадка. Но у каждого танца есть свое время года. Настала осенняя пора и для танго. Другие ритмы вытеснили его из дня сегодняшнего. Ретро, вот, казалось, его единственный удел. Но каким-то фантастическим образом танго проникает на балетные подмостки. Его начинают танцевать на пуантах. В начале века о подобном "безобразии" нельзя было и подумать. Но это так. Хореографы и исполнители из классического лагеря с энтузиазмом пьют кровь этого танца подонков. Танго рвут на части и те, кто исповедует танец-модерн. Владимир Васильев ставит "Фрагменты одной биографии", где его партнершей выступает Екатерина Максимова, и приводит в трепет весь Буэнос-Айрес, а Морис Бежар соединяет танго и Баха, и тоже производит фурор. В середине семидесятых танго-лихорадка вспыхивает с новой силой. И в этом заслуга еще одного аргентинского короля танго - композитора Астора Пьяццолы. Он сочинил более 300 танго, принесших ему мировую славу. Не перечислить всех хореографов, которые обращались к музыке Пьяццоллы, его танго звучат и в академических, консерваторских залах. Танго Пьяццоллы можно петь, танцевать, а можно сыграть, как это сделала итальянская певица Мильва, выступившая вместе с Пьяццолой в остром, как нож, танго-спектакле. Но это на сцене, а в жизни? Танцуют ли сегодня танго? Да. В Буэнос-Айресе в танцзалах, как и в начале века, собираются одинокие мужчины и женщины, чтобы, слившись в обжигающих объятиях, пережить мгновения страсти и любви. И танец дарит им эту маленькую счастливую смерть...
(Хорхе Луис Борхес)